Отражения

Если взять числовой идентификатор данного антипода и добавить к нему священное число из Мира Гармонии и Красоты, вы получите некоторый указатель на ....

А разгадку загадки числа? smiley

Поэты соревнуются со мной,
Которые обласканы богами,
Устлавшими цветами путь земной
В златых лучах и вечном птичьем гаме.

Их строфы удивительно бедны,
Твердят в стихах, в согласии унылом,
Что звёзды далеки и холодны,
Что драгоценней нету денег силы.

Их нелюбовь и все их строки – ложь,
Никто для них не мил и не прекрасен,
Прожил всю жизнь и умер – ну и что ж?
Земной конец так неизбежно ясен.

Любви поют повсюду благодать, –
Лишь для того, чтобы её продать!

У.Шекспир
Сонет 21

Я не хочу хвалить любовь мою..
Не соревнуюсь я с творцами од,
Которые раскрашенным богиням
В подарок преподносят небосвод
Со всей землей и океаном синим.

Пускай они для украшенья строф
Твердят в стихах, между собою споря,
О звездах неба, о венках цветов,
О драгоценностях земли и моря.

В любви и в слове - правда мой закон.
И я пишу, что милая прекрасна,
Как все, кто смертной матерью рожден,
А не как солнце или месяц ясный.

Я не хочу хвалить любовь мою, -
Я никому ее не продаю!

Ох, неизвестность бы на славу
я без раздумий променял,
быть на виду у всей державы, –
да я минуты бы не спал.

Я б исписал тома бумаги,
всех зажигал и заряжал,
народ забыл бы про овраги
и резво к счастью побежал.

А разгадку загадки числа?

Ну у кого как. smiley
Кто-то из древних (уж не помню, римляне или греки) числом красоты и гармонии 6 считали...
Ну а христианский мир почитает и 3 = троицу и 7 cheesy

"Принцесса на троне" меня отвлекла cheesy , а в остальном -

Ну, и чтобы этому "одинокому рондо" было не скучно, - вот ещё один полный антипод, но опять же - перевод.

Мой опыт интересен вам,
Хотя порой он вас смешил...
Искали вы к моим словам
Порывы светлые души.

Открытый мир открытых дел
Рождал лишь перечень забот...
И – вот он Времени предел! –
Пошёл мне двадцать пятый год.

Бывало, вслушиваясь в лесть,
Хотелось сердцу одного:
Счастливой быть и там, и здесь,
И не обидеть никого.

Евтушенко

Меняю славу на бесславье,
ну, а в президиуме стул
на место теплое в канаве,
где хорошенько бы заснул.

Уж я бы выложил всю душу,
всю мою смертную тоску
вам, лопухи, в седые уши,
пока бы ерзал на боку.

И я проснулся бы, небритый,
средь вас, букашки-мураши,
ах, до чего ж незнаменитый —
ну хоть «Цыганочку» пляши.

Вдали бы кто-то рвался к власти,
держался кто-нибудь за власть,
и мне-то что до той напасти,—
мне из канавы не упасть.

И там в обнимку с псом лишайным
в такой приятельской пыли
я все лежал бы и лежал бы
на высшем уровне — земли.

И рядом плыли бы негрешно
босые девичьи ступни,
возы роняли бы небрежно
травинки бледные свои.

...Швырнет курильщик со скамейки
в канаву смятый коробок,
и мне углами губ с наклейки
печально улыбнется Блок

Старею. Как Мафусаила,
Меня уж не тревожат сны.
А годы сделали бескрылым.
И отделили от луны.

Старею. Утренних туманов
Меня не манит пелена.
Кефир напутствует в стаканах,
Давно забыл игру вина,

Старею, холода мороку
Не согревает жар перин.
И близко дни, когда пророку
Смерь будет вечный господин.

И никого со мною в доме,
Нет ощущения тепла.
Хоть не орёл, – пока не в коме,
Перины вместо крыл орла.

Воплощение страсти, огня,
Почему же ты выглядишь грустной?
Свою душу открой для меня
Светлым куполом повести устной.

Неизменен во все времена, –
Даже мебели дубом холодным, –
Дом уютный в четыре окна,
Запах кофе и вин благородный.

Я стою у резного стола,
Как обычно, скрестив свои руки.
А вокруг – полусвет-полумгла.
Всё расставить хочу по науке.

Я об искренности не мечтал,
Ты слова, словно бусины, нижешь.
Я и в правду, невесел, устал,
Путь окольный не кажется ближе.

Что же может быть выше любви?
Ничего ты придумать не в силах.
Нет её, – хоть весь мир призови,
Назови мне, ну что это было?

Напускной мой уверенный вид,
Слов звучанье. Пустая затея...
А в душе – тёмный, явственный стыд!
И язык мой отнялся, немея!

Ладно, утро вечера мудреней
Всем спокойной ночи.

Ага. Пастернак

Я рос. Меня, как Ганимеда,
Несли ненастья, сны несли.
Как крылья, отрастали беды
И отделяли от земли.

Я рос. И повечерий тканых
Меня фата обволокла.
Напутствуем вином в стаканах,
Игрой печальною стекла,

Я рос, и вот уж жар предплечий
Студит обьятие орла.
Дни далеко, когда предтечей,
Любовь, ты надо мной плыла.

Но разве мы не в том же небе!
На то и прелесть высоты,
Что, как себя отпевший лебедь,
С орлом плечо к плечу и ты.

Он же

Недотрога, тихоня в быту,
Ты сейчас вся огонь, вся горенье,
Дай запру я твою красоту
В темном тереме стихотворенья.

Посмотри, как преображена
Огневой кожурой абажура
Конура, край стены, край окна,
Наши тени и наши фигуры.

Ты с ногами сидишь на тахте,
Под себя их поджав по-турецки.
Все равно, на свету, в темноте,
Ты всегда рассуждаешь по-детски.

Замечтавшись, ты нижешь на шнур
Горсть на платье скатившихся бусин.
Слишком грустен твой вид, чересчур
Разговор твой прямой безыскусен.

Пошло слово любовь, ты права.
Я придумаю кличку иную.
Для тебя я весь мир, все слова,
Если хочешь, переименую.

Разве хмурый твой вид передаст
Чувств твоих рудоносную залежь,
Сердца тайно светящийся пласт?
Ну так что же глаза ты печалишь?

"Всё по-новому...- сказал сурово.
Всё по-новому..."
У тебя во рту застыло слово -
Всё по-новому...
Ты в испуге головой поникла –
Всё по-новому...
Только что-то всё-таки возникло –
Всё по-новому!..

Ага,
Игорь Северянин

- Всё по-старому... - сказала нежно, -
Всё по-старому... -
Но смотрел я в очи безнадежно -
Всё по-старому...
Улыбалась, мягко целовала -
Всё по-старому...
Но чего-то все недоставало -
Всё по-старому!..

Мой опыт интересен вам,
Хотя порой он вас смешил...
Искали вы к моим словам
Порывы светлые души.

Открытый мир открытых дел
Рождал лишь перечень забот...
И – вот он Времени предел! –
Пошёл мне двадцать пятый год.

Бывало, вслушиваясь в лесть,
Хотелось сердцу одного:
Счастливой быть и там, и здесь,
И не обидеть никого.

Пространство заполняла явь,
Где разум рвался в небеса,
Где слышен был и шелест трав,
И неземные голоса...

Но вот он, логики расклад -
Пока надежда лишь живёт,
Что скоро – осень... Листопад...
Что напишу я антипод

И в нём о Жизни расскажу –
Про радость, правду, про успех...
И никого не осужу, -
Я так люблю, люблю вас всех.

Эмилия Бронте

***
Ни любопытства, ни тоски
Ни в ком не вызвал мой удел.
Никто не подал мне руки,
Никто в глаза не поглядел.

Мир тайных грез и тайных бед
Не озаботил никого.
Промчалось восемнадцать лет
Со дня рожденья моего.

Новый сложный (!) антипод,
И опять не перевод:


Вьюга чащу снегом кроет,
Вьётся, как веретено.
В этом льдистом непокое,
Что летит, свистит и воет,
Много бед погребено.

Лес течёт рекой нарядной,
Удивительно живой –
Льётся песней необъятной,
Вольной, мощной, благодатной
Звонкой песней громовой...

Сквозь волнистые туманы
Пробирается луна, –
Трепеща, как сторож пьяный,
Тусклый, блёклый, окаянный,
Отвратительный сполна.

ПОДСКАЗКА К №420

Расстались мы – и всё, что будет
В душе представилось тотчас;
Кто нас за прошлое осудит –
Душа сгорела в этот раз...

Бывало, раннею весною
Ловили счастья редкий час,
Но осень, кажется, в покое
На миг не оставляла нас, –

Так, весь опустошён дыханьем
Тех лет сердечной пустоты,
Смотрю я с разочарованьем
На надоевшие черты...

При каждой мимолётной встрече
Я отворачиваю взгляд,
Стараюсь я не слушать речи
И отвечаю невпопад...

И никаких воспоминаний,
Нет, жизни тут не будет вновь, –
Ни вдохновенья, ни желаний,
Куда девается любовь?..